В «Общей теории...» Дж. Кейнс обратил внимание на отсутствие зависимости между теорией, призванной дать толкование основанию цен конкретных товаров, и теорией денег, описывающей закономерности формирования общего уровня цен. Первая оперирует таким понятием, как стоимость. Вторая использует категории денежного спроса и предложения денег и рассматривает долгосрочную динамику цен. По мнению Дж. Кейнса, разрешение противоречия между двумя доктринами возможно в рамках взаимосвязи между теорией отдельной фирмы и теорией производства и занятости в целом. В качестве альтернативного варианта Дж. Кейнс рассматривал разработку теории стационарного равновесия и теории подвижного равновесия. Под последней ой понимал теорию системы, в которой изучаются динамические процессы. Тем не менее, такой подход не снимает вопрос о единстве теории, объясняющей формирование цены конкретного товара, и теории, трактующей взаимосвязь денежной массы и общего уровня цен.
Надо отметить, что попытки построить объединенную модель товарного и денежного рынков, основанную на законе Вальраса и количественной теории денег, столкнулись с неразрешимыми трудностями. В соответствии с законом Вальраса, сумма избыточного спроса на всех товарных рынках и избыточного предложения всегда равна нулю. К товарным рынкам применим постулат однородности: при изменении уровня цен спрос изменится в такой же степени. Однако постулат однородности не применим к уравнению количественной теории денег, поскольку увеличение цен вызывает рост спроса на деньги, но не их предложения.
В данном случае речь идет о теоретическом истолковании экономических явлений, а не о противоречиях хозяйственной практики. Но проблема состоит в том, что в экономической науке мы сталкиваемся как бы с двумя доктринами, непосредственно касающимися цен. Первая из них затрагивает вопросы «конечного основания» цен и, соответственно, конечного основания национального богатства. Вторая объясняет связь между количеством денег и общим уровнем цен.
В качестве конечного основания цен три главные экономические теории рассматривают, соответственно, стоимость, предельную полезность, соотношение факторов производства. Именно эти теории стремятся дать ответ на основной вопрос экономической науки — о субстанции национального богатства и каждого конкретного товара.
Те концепции, которые пытаются уйти от решения этого вопроса, не в состоянии построить общую доктрину «экономического мира» и распадаются на теории его отдельных элементов, не связанные в единую систему. Концепция субстанции национального богатства должна отвечать на два вопроса: «Что произведено?» и «Чем произведено?»
Характерно, что ответы на эти вопросы подсказывает сама хозяйственная практика: исчисляемый в статистике показатель вновь созданной стоимости является важнейшей характеристикой экономического развития. Фискальные органы большинства развитых стран сделали объектом налогообложения именно добавленную стоимость.
Как известно, новые теории, в том числе и в сфере гуманитарных наук, возникают в качестве способа разрешения противоречий между прежними доктринами и реальной действительностью. При этом новые теории обычно включают в себя положения из одних предшествующих им доктрин и отрицают важные положения других. В частности, теория трудовой стоимости, развивая положения о двойственном характере труда, о роли постоянного капитала в формировании стоимости, опровергла основные воззрения теории факторов производства. По иным мотивам положения теории факторов производства были подвергнуты критике разработчиками доктрины предельной полезности. Они обратили внимание на отсутствие каких-либо доказательств способности капитала самостоятельно производить новую ценность. Последняя определяется, по мнению Е. Бем-Баверка, полезностью вещи. На основе полезности формируется цена, распадающаяся на доходы в соответствии с факторами производства.